Кризис среднего возраста: можно ли пройти его самостоятельно.
За тридцать лет работы с людьми в самых разных профессиональных средах - от большого спорта и театральной режиссуры до корпоративного менеджмента и психологической практики - я не встречала ни одного человека, который в определённый период жизни не столкнулся бы с ощущением внутренней пустоты, утраты ориентиров и острой необходимости пересмотра всего, что прежде казалось само собой разумеющимся. Этот период принято называть кризисом среднего возраста, и сам термин давно стал поводом для насмешек. Считается, что это оправдание для тех, кто хочет бросить семью, уйти из профессии или радикально сменить уклад жизни. Между тем за иронией скрывается одно из наиболее значимых явлений человеческой психики, которое при игнорировании способно нанести человеку урон несравнимо больший, чем любое внешнее неблагополучие.
Откуда берётся кризис: столкновение с реальностью
Чтобы понять природу кризиса среднего возраста, необходимо разобраться в том, как устроено психологическое развитие человека на протяжении всей его жизни.
В детстве и юности человек усваивает мир преимущественно через чужой опыт. Семья, школа, ближайшее окружение, культура, религия, профессиональная среда - всё это формирует в психике огромный массив представлений о том, как устроена жизнь, чего следует хотеть, чего бояться, что считать успехом, а что - провалом. Этот процесс в психологии принято называть интроекцией: человек буквально «проглатывает» чужие ценности, установки и картины мира, не имея ещё ни достаточного собственного опыта, ни психологической зрелости, чтобы их критически переработать. Он принимает их как свои - и долгое время живёт в полной уверенности, что именно так оно и есть.
Первые десятилетия взрослой жизни человек строит себя и свою жизнь во многом именно на этом фундаменте. Он выбирает профессию, партнёра, образ жизни, ценности - опираясь на то, что было вложено в него извне. И это совершенно естественно: на тот момент у него просто нет другого материала для строительства.
Однако примерно к 35–40 годам накапливается нечто принципиально иное - собственный личный опыт. Опыт, добытый не из книг и не из рассказов старших, а прожитый лично: через успехи и провалы, через любовь и разочарование, через профессиональные достижения и тупики, через потери и обретения. И вот здесь происходит нечто очень важное: этот личный опыт начинает вступать в противоречие с тем, что было интроецировано (принято внутрь некритично, без анализа) в детстве и юности.
Уже в подростковом возрасте человек обнаруживает, что реальность устроена иначе, чем ему объясняли. Но именно в 35-40 это понимание становится критичным для дальнейшей жизни: что ценности, которые он считал своими, на самом деле чужие. Что путь, который казался правильным, привёл не туда. Что многое из того, во что он верил, не выдержало проверки жизнью. Это столкновение интроецированного и пережитого и есть психологическая сердцевина кризиса среднего возраста. Не усталость, не страх смерти - хотя всё это тоже присутствует, — а именно это глубинное несовпадение между тем, чем человек себя считал, и тем, кем он оказался на самом деле.
По данным Всероссийского центра изучения общественного мнения, проведённого в 2021 году, около 47% россиян в возрасте от 38 до 52 лет сообщали о выраженном ощущении «жизненного тупика», утрате удовлетворённости от привычной деятельности и усилении тревоги относительно будущего. При этом лишь 12% из них обращались за профессиональной психологической помощью. Остальные либо ждали, пока «само пройдёт», либо прибегали к замещающему поведению - смене работы, партнёра, места жительства, усилению потребления алкоголя или, напротив, уходу в религиозные практики или, что значительно хуже, в секты самого разного рода.
Выбор пути проживания кризиса
Когда это столкновение происходит, перед человеком открываются два принципиально разных пути, хотя сам он в момент кризиса, как правило, не воспринимает происходящее как выбор.
Первый путь - это позволить разочарованию себя раздавить. Это происходит тогда, когда человек не находит в себе ни сил, ни психологических ресурсов, чтобы вынести тяжесть обнаруженного несоответствия. Он либо впадает в затяжную депрессию, либо яростно отрицает происходящее и удваивает усилия в прежнем направлении, либо совершает хаотичные внешние изменения (бросает семью, меняет профессию, уходит в дауншифтинг), не понимая, что меняет декорации, а не себя. Во всех этих случаях внутренняя работа не совершается, и кризис, формально завершившись, оставляет после себя человека опустошённого, утратившего веру в себя и в осмысленность собственной жизни.
Второй путь - использовать накопленный реальный опыт как материал для подлинного взросления. Это означает решиться на то, чтобы честно пересмотреть всё, что было интроецировано, отделить чужое от своего, «переварить» семейный опыт и ценности, трансформировав их в свой личный поддерживающий опыт, отказаться от того, что не выдержало проверки жизнью, и на освободившемся месте выстроить нечто собственное - свою систему ценностей, свой способ жить, свой вклад в мир. Результатом этого пути становится то, что я бы назвала подлинной психологической зрелостью: не социальная взрослость, измеряемая должностью и семейным статусом, а внутренняя - способность жить из себя, а не из чужих ожиданий, творить и отдавать на том участке мира, к которому у человека действительно лежат его таланты, способности, интересы и навыки.
По данным исследования Института социологии РАН (2020), посвящённого субъективному благополучию россиян в среднем возрасте, те респонденты, которые сознательно занимались переосмыслением своей жизненной позиции в период с 40 до 50 лет (через психотерапию, духовные практики, смену профессиональной идентичности или долгосрочные образовательные программы) демонстрировали значительно более высокий уровень удовлетворённости жизнью в возрасте 55–65 лет по сравнению с теми, кто «просто жил дальше». Разница в показателях субъективного благополучия составила около 28 процентных пунктов.
Когда кризис интегрируется без посторонней помощи
Кризис среднего возраста не всегда требует профессионального сопровождения. Существуют люди, которые проходят его самостоятельно, глубоко, честно и с подлинным результатом. И дело не в везении и не в лёгкости обстоятельств, а в определённом складе личности, который делает такую самостоятельную интеграцию возможной.
Что это за склад? Прежде всего, это развитая способность к рефлексии, то есть к наблюдению за собственными состояниями, мыслями и побуждениями без немедленного стремления их подавить или оправдать. Такой человек умеет выдерживать внутренний дискомфорт, не разряжая его в действие. Он способен оставаться с неудобным вопросом достаточно долго, чтобы тот привёл его куда нужно, а не туда, куда привычно.
Второй важный элемент - высокая толерантность к неопределённости. Кризис по своей природе разрушает прежнюю систему смыслов раньше, чем возникает новая. Этот промежуток является одним из самых тяжёлых периодов в жизни человека. Тот, кто способен находиться в нём без паники, без немедленного заполнения пустоты суррогатными решениями, получает шанс на подлинное обновление.
Третий элемент - честность с собой как устойчивая черта характера, а не ситуативное намерение. Такой человек привык не льстить себе, не подменять неудобную правду удобной версией событий. Эта черта формируется задолго до кризиса и является одним из лучших предикторов того, что кризис будет пройден успешно.
Наконец, немаловажную роль играет наличие того, что можно назвать смысловым стержнем, некоего устойчивого интереса, призвания или ценности, которые человек пронёс через годы и которые не были полностью поглощены социальными ролями. Именно вокруг этого стержня и происходит перестройка личности в кризисный период.
Все эти качества не являются врождёнными в строгом смысле слова, но они складываются в течение жизни и к моменту кризиса либо есть в достаточной мере, либо их нет. Если они есть, человек способен пройти кризис самостоятельно, через чтение, уединение, творчество, длительное осмысление, разговоры с теми, кому доверяет. Если их нет или они развиты слабо, внешняя помощь, будь то психотерапия, наставничество или поддерживающая среда, становится не роскошью, а необходимостью.
Почему одни выходят обновлёнными, а другие застревают
Исход кризиса среднего возраста почти не зависит от внешних обстоятельств. Он зависит от готовности человека встретиться с собой честно.
Те, кто застревает в кризисе на годы, чаще всего реагируют на него поведенчески, не касаясь смыслового уровня. Они меняют внешние декорации, но сами остаются прежними. Спустя несколько лет обнаруживают, что привезли себя с собой. И кризис, не разрешённый по существу, продолжается уже в новых обстоятельствах.
Российский социолог и демограф Анатолий Вишневский в своих работах о трансформации жизненных стратегий россиян отмечал, что поколение людей, входящих в средний возраст в 2010–2020-е годы, оказалось в особенно сложном положении. С одной стороны, они несут в себе советские модели жизненного сценария (стабильность, коллективность, подчинение личного общественному), а с другой живут в реальности, которая требует автономии, гибкости, способности переносить неопределённость. Это внутреннее противоречие само по себе является дополнительным источником кризисного напряжения, поскольку интроецированные в советском детстве ценности особенно резко расходятся с тем, что человек обнаруживает в своём реальном опыте. И одна из попыток сбежать из кризиса – это намеренное обесценивание своего советского опыта под влиянием сегодняшних реалий. Однако, вместо зрелого человека такое обесценивание создаёт разрушенного психологически циника и мизантропа.
По данным исследования Национального медицинского исследовательского центра психиатрии и неврологии имени В.М. Бехтерева (2019), около 34% пациентов с диагнозом «депрессивный эпизод средней тяжести» в возрастной группе 45-55 лет при более глубоком анамнезе обнаруживали не пережитый и не осмысленный кризис идентичности, относящийся к периоду 38-45 лет. Иными словами, то, что выглядело как депрессия зрелого возраста, нередко оказывалось отложенным и не разрешённым кризисом десятилетней давности.
Есть ли в кризисе что-то хорошее
Парадоксально, но именно кризис среднего возраста при сознательном прохождении даёт человеку то, чего он, как правило, не мог обрести в молодости: подлинную зрелость и то особое качество личности, которое принято называть мудростью. Не накопленная информация и не жизненный стаж сами по себе делают человека мудрым, а именно прохождение через это переосмысление, через отказ от иллюзий без отказа от себя и своих подлинных глубинных этических ценностей.
Шведский психолог Ларс Торнстам описывал качественное изменение мировосприятия, которое происходит у людей, прошедших через глубокое переосмысление своей жизни в зрелые годы. Эти люди отличаются большей внутренней тишиной, меньшей зависимостью от внешнего признания, более глубокими и избирательными отношениями. Они менее заняты собой и более открыты миру, открыты именно к тому вкладу, который соответствует их подлинной природе, а не навязанной роли.
Самые живые, глубокие и по-настоящему влиятельные люди, которых я встречала на протяжении своей профессиональной жизни, почти без исключений прошли через период серьёзного внутреннего кризиса и нашли в себе силы не уклониться от него, а пройти его насквозь. После этого они становились способны творить и отдавать с той щедростью и той точностью, которая возможна лишь тогда, когда человек наконец живёт из себя, а не из чужих ожиданий.
ИТОГО
Кризис среднего возраста - не болезнь и не слабость. Это закономерное следствие того, что человек прожил достаточно, чтобы накопить собственный опыт, который больше не умещается в рамки того, чем его научили быть. Одни проходят его самостоятельно при наличии нужного склада личности и достаточных внутренних ресурсов. Другим необходима внешняя опора. Но в обоих случаях ключевым остаётся одно: готовность не уклоняться. Цена уклонения несравнимо выше - это годы жизни, прожитые вполсилы, в состоянии глухого несоответствия между тем, кто ты есть на самом деле, и тем, кем ты продолжаешь себя считать.
Список источников
- ВЦИОМ. Самочувствие и ощущение смысла жизни у россиян среднего возраста. Пресс-выпуск № 4312. 2021. https://wciom.ru
- Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и неврологии им. В.М. Бехтерева. Клинико-психологические аспекты депрессивных расстройств у лиц среднего возраста. Сборник научных трудов. СПб., 2019. https://bekhterev.ru
- Институт социологии РАН. Субъективное благополучие и жизненные стратегии россиян в среднем и позднем возрасте. Социологические исследования, № 8. 2020. https://www.isras.ru
- Вишневский А.Г. Демографическая революция меняет репродуктивную стратегию homo sapiens. Демографическое обозрение, том 1, № 1. 2014. https://demreview.hse.ru
- Выготский Л.С. Проблема возраста. Собрание сочинений в 6 томах. Т. 4. М.: Педагогика, 1984.
- Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975.
- Tornstam L. Gerotranscendence: A Developmental Theory of Positive Aging. New York: Springer, 2005.
- Jaques E. Death and the Mid-Life Crisis. International Journal of Psychoanalysis, 46. 1965.
- Федеральная служба государственной статистики (Росстат). Социальное положение и уровень жизни населения России — 2022. М., 2022. https://rosstat.gov.ru
...
|
Автор статьи: Нина Рубштейн, психолог, гештальт-терапевт, супервизор, преподаватель психологии, ректор Новой Русской Школы психологии, главный редактор интернет-журнала «Русская психология» |