Критерии профессиональной непригодности психолога
С каждым годом увеличивается количество выпускников психологических курсов, факультетов и программ, и на этом фоне всё острее встаёт вопрос, который в профессиональном сообществе принято обходить стороной: а что, если дело не в недостатке знаний? Что, если человек просто не подходит для этой работы, независимо от количества пройденных обучений?
Речь идёт о том, что психологическое консультирование предъявляет к личности специалиста совершенно конкретные требования, и их невыполнение создаёт трудности как для клиента, так и для самого психолога.
В первую очередь, важно понимать, что психолог и психотерапевт - это разные специальности с разными задачами и разным уровнем вмешательства. Психолог занимается консультированием: помогает человеку разобраться в ситуации, найти ресурсы, выстроить стратегию, развить навыки. Психотерапевт работает с более глубокими и устойчивыми нарушениями и должен иметь соответствующее специализированное образование. Путаница между этими двумя ролями сама по себе является профессиональной проблемой, поскольку выпускники психологических вузов уже повсеместно называют свою работу терапией, а она таковой не является.
Итак, что является противопоказанием к ведению профессиональной деятельности психолога.
1. Неразрешённые собственные проблемы
Психолог, который сам не научился перерабатывать свой опыт, наблюдать свое восприятие и решать личные проблемы, неизбежно привносит в консультацию своё: собственные страхи, неосознанные переживания, неудовлетворенные потребности, бессознательно использует клиента для собственных нужд: он реагирует не на то, что происходит с клиентом, а на то, что это в нём самом затрагивает. Он может давать рекомендации, которые решают его собственную внутреннюю задачу, может удерживать клиента в работе дольше необходимого, потому что сам нуждается в этих отношениях. Может, напротив, игнорировать темы и детали контекста или опыта клиента, которые вызывают у него личный дискомфорт.
Именно поэтому в профессиональном стандарте личная терапия и супервизия являются не дополнительными опциями, а обязательными условиями практики. Это обязательная часть профессиональной ответственности перед собой и перед теми, кто обращается за помощью.
2. Неспособность выдерживать чувства клиента
Психологическое консультирование предполагает постоянный контакт с эмоциями и переживаниями, своими и клиентскими. Клиенты приходят в кризисах, с потерями, с ситуациями, которые зашли в тупик, с переживаниями, с которыми они не знают, как обращаться. Способность специалиста выдерживать их, не разрушаясь и не дистанцируясь, является одним из ключевых профессиональных ресурсов.
Когда этого ресурса недостаточно, происходит одно из двух:
1) эмоциональное слияние: специалист теряет нейтральную позицию, его собственные переживания начинают занимать всё больше места в консультации, и клиент фактически оказывается один на один со своей ситуацией, ещё и беспокоясь о состоянии психолога;
2) защитное дистанцирование: формализм, поспешное стремление «решить проблему» и закрыть тему, которая вызывает внутренний дискомфорт.
Оба варианта одинаково затрудняют работу. Устойчивость специалиста, его способность оставаться рядом с переживаниями, не теряя себя в них, - это профессиональный инструмент. Без регулярной супервизии и полноценного восстановления, которое обеспечивается разумным балансом работы и отдыха, а также другими видами активности, кроме работы, этот ресурс истощается у любого специалиста, независимо от уровня подготовки. Огромное число профессиональных психологов не имеют в жизни других занятий, это ведет к обязательному выгоранию, и как следствие – неспособностью работать включённо и качественно.
3. Потребность в превосходстве
В консультативных отношениях клиент находится в уязвимом положении, а психолог обладает профессиональными инструментами. Этот дисбаланс является рабочим условием и одновременно зоной риска.
Если специалист использует эти отношения для удовлетворения собственной потребности в значимости, признании или превосходстве, консультация перестаёт служить своей цели. Интерпретации начинают работать на демонстрацию глубины психолога, а не на понимание клиента. Самостоятельные выводы клиента обесцениваются или игнорируются. Зависимость от специалиста формируется и поддерживается, а не постепенно снижается по мере того, как клиент обретает собственные ресурсы.
Такая динамика складывается большей частью неосознанно, что не снимает ответственности за неосознанность своих действий с психолога.
4. Желание много зарабатывать за счет работы с любыми запросами
Психологическое консультирование охватывает очень разные запросы, и одна из ключевых профессиональных компетенций —-умение точно понять, какой вид помощи клиенту действительно нужен.
Запросы к психологу условно можно разделить на три типа.
Первый - человек нуждается в развитии конкретных навыков: коммуникации, управления временем, принятия решений, выстраивания границ. Здесь нужна обучающая, структурированная работа с понятными шагами и измеримым результатом.
Второй - человек нуждается в самопознании: понимании своих реакций, ценностей, паттернов поведения, которые мешают жить так, как он хочет, развитии психофизиологической саморегуляции. Здесь нужна исследовательская, рефлексивная работа.
Третий - человек нуждается в психотерапевтической помощи: его состояние обусловлено глубокими нарушениями, которые не решаются на уровне навыков или самопознания.
Психолог, который обучает навыкам там, где человеку необходимо исследование себя или углубляется в самопознание там, где нужно обучение решению задач, задерживает развитие человека и создаёт иллюзию работы без реального продвижения. Способность различать эти три направления и честно обозначать границы своей компетенции - один из критериев профессиональной состоятельности психолога. Но в погоне за деньгами он может это полностью игнорировать, чем навлечет проблемы и на клиента, и на себя.
5.Этические границы: защита для обеих сторон
Этический кодекс психолога нередко воспринимается исключительно как система защиты клиента, но профессиональные этические нормы в равной мере защищают и самого специалиста от ситуаций, которые могут быть опасны или разрушительны для него.
Границы в консультировании существуют не как формальное ограничение, а как структура, которая делает работу возможной. Чёткое разграничение ролей, соблюдение конфиденциальности, отказ от двойных отношений, в которых консультант одновременно является другом, родственником или деловым партнёром клиента, - всё это создаёт предсказуемую и безопасную среду для обоих участников.
Когда границы размываются, страдают обе стороны. Клиент теряет ту нейтральную, устойчивую позицию специалиста, которая является условием честной работы. Психолог оказывается в запутанных отношениях, из которых трудно выйти с профессиональным достоинством. Именно поэтому соблюдение этических норм - это не жертва в пользу клиента, а условие сохранения собственного профессионального здоровья. В современной практике достаточно иллюстраций, как несоблюдение этических норм психологом приводило и к правовым проблемам, и к потере репутации, и к потере самоуважения.
Отдельно стоит обозначить границу между консультированием и терапией. Психолог-консультант, который берётся за работу с глубокими травматическими состояниями, расстройствами личности или пограничными состояниями, не имея квалификации психотерапевта, создаёт риск и для клиента, и для себя. Умение обозначить пределы своей компетенции и направить человека к нужному специалисту - один из признаков профессиональной зрелости.
6. Неспособность к рефлексии собственного опыта
Психологическое консультирование - это работа, которая требует постоянного осмысления того, что происходит: в контакте с клиентом, в реакциях самого специалиста, в динамике отношений между ними. Способность к рефлексии собственного опыта -профессиональная необходимость.
Специалист, который не умеет наблюдать за собой в процессе работы, не замечает, как его собственные реакции влияют на ход консультации, не видит, когда начинает действовать по привычной схеме вместо того, чтобы реагировать на конкретного человека в конкретной ситуации или не может переосмыслить неудачный опыт и извлечь из него профессиональный урок (потому что не обращается к нему осознанно), не пригоден для этой профессии.
Рефлексия - это способность честно отвечать себе на вопросы: что я сейчас делаю, почему именно это, и служит ли это задаче клиента? А после сессии - что получилось, что не получилось, и что я могу сделать иначе в следующий раз?
Именно здесь становится понятной подлинная цель работы над собой. Она нужна не для того, чтобы стать психологически безупречным человеком, а для того, чтобы:
- специалист умел находиться в позиции клиента, чувствовал изнутри, как устроен этот опыт, что значит быть уязвимым и доверять другому, как работает или не работает то, что делает консультант
- научиться осознанно выбирать: какие слова говорить, какие вопросы задавать, когда молчать, а когда вмешаться. Не по алгоритму, а из понимания того, что происходит здесь и сейчас.
- соотносить профессиональные знания с тем, что происходит в его собственной жизни, применять их к себе, а не только к клиентам.
Если специалист не осмысляет собственную жизнь, не соотносит знания с личным опытом и не применяет их к себе, он фактически предлагает клиенту то, чем сам не пользуется. В таком случае профессиональные знания остаются теорией, а не живым инструментом. Это касается в том числе конкретных практик: если психолог сам не выполняет упражнений на рефлексию, осознавание себя и анализ собственного опыта, он не знает изнутри, как они работают, что в них трудно, что даётся легко и что действительно меняет восприятие. А значит, он не сможет ни точно предложить их клиенту, ни грамотно сопроводить человека в этом процессе, ни отрефлексировать собственное взаимодействие с клиентом.
7. Психические расстройства как объективное препятствие
Это наименее обсуждаемый, но принципиально важный критерий. Существуют психические состояния и расстройства, которые объективно препятствуют профессиональной работе психолога-консультанта, вне зависимости от образования и намерений.
Прежде всего это расстройства, нарушающие восприятие реальности в активной фазе. Человек, у которого нестабильна связь с реальностью, не способен обеспечить клиенту ту предсказуемую, устойчивую среду, которая является основой консультативных отношений, и одновременно не может в полной мере защитить себя от профессиональных рисков.
Тяжёлые расстройства личности, существенно нарушающие способность к разграничению собственных переживаний и переживаний другого человека, также делают консультирование невозможным. Речь идёт не о личностном своеобразии и не о невротических чертах, которые присутствуют у большинства людей, а о тех структурах, при которых хроническое смешение «я» и «другой» является устойчивой особенностью функционирования.
Зависимости (алкогольная, наркотическая, поведенческая) нарушают и профессиональную стабильность, и способность соблюдать этические нормы, и саму возможность осознанно присутствовать в контакте с клиентом, разрушают интеллект и саморегуляцию. Ничего хорошего такой психолог дать клиенту не может.
Нелеченые тяжёлые аффективные расстройства (клиническая депрессия, биполярное расстройство в периоде обострения и более тяжелые) препятствуют способности специалиста удерживать профессиональную позицию и сохранять фокус на задаче клиента, а так же просто экологично себя вести.
Наличие психологических трудностей в прошлом, опыт прохождения терапии, пережитые кризисы - это не противопоказания к практике. Нередко именно этот опыт делает специалиста более чутким и глубоким в работе. Речь идёт исключительно об активных, нестабильных состояниях, которые человек либо не осознаёт, либо осознаёт, но не принимает во внимание, что они препятствуют практике. В этом случае забота о собственном психическом здоровье является не личным делом специалиста, а профессиональной обязанностью - перед клиентами и перед собой.
...
|
Автор статьи: Нина Рубштейн, психолог, гештальт-терапевт, супервизор, преподаватель психологии, ректор Новой Русской Школы психологии, главный редактор интернет-журнала «Русская психология» |