Страх без опасности
«Я боюсь, что всё пойдёт не так». Ничего конкретного нет, есть только ощущение, что оно будет. Это невротический страх в своём чистом виде: переживание опасности, которой не существует.
Страх принято считать проблемой, от которой нужно избавиться. Отсюда тренинги по бесстрашию, медитации «отпустить тревогу» и советы «просто не думать о плохом». Между тем страх - это система безопасности организма, и работает она именно так, как должна работать хорошая сигнализация: реагирует на угрозу. Вопрос не в том, как её отключить. Вопрос в том, когда она срабатывает по делу, а когда - вхолостую.
Бесстрашие: кому оно доступно и чего стоит
Самые бесстрашные люди - психопаты. У них просто нет большей части поводов для страха, которые есть у обычного человека: они не испытывают стыда, не чувствуют вины, не боятся осуждения. Физиологический страх боли, смерти они чувствуют, конечно, а вот социальный страх практически отсутствует. Достижение ли это? Со стороны кажется, что да. Но в реальности из-за отсутствия чувствительности к социальной ткани отношений, психопатам приходится учить наизусть ситуации, которые обычным людям доступны по умолчанию. Иначе они сталкиваются с большими социальными ограничениями, из-за которых люди его избегают.
Обычный человек интуитивно чувствует, когда переходит черту: сказал лишнее, слишком много просит, давит на человека. Психопат этого не ощущает. Он может имитировать словами и жестами романтические отношения, но рано или поздно партнёр чувствует пустоту, и отношения разрушаются. На работе так же - нормальный сотрудник автоматически понимает, что шутка неуместна, что коллега сейчас раздражён, что начальник не в духе. Психопат этого не считывает и регулярно создаёт конфликты. Большинство людей сдерживает себя, потому что боятся «что подумают». Психопат этого не боится, и поначалу кажется свободным. Но без этого внутреннего тормоза он совершает поступки, которые постепенно разрушают его репутацию. Обычный человек врёт с трудом: чувствует вину, выдаёт себя интонацией, взглядом. Психопат лжёт легко, но именно поэтому часто врёт там, где не нужно, и в итоге его перестают воспринимать всерьёз даже тогда, когда он говорит правду. Во всех этих случаях отсутствие социального страха - не свобода, а слепота.
Второй вариант бесстрашия - сниженная чувствительность после многолетней боли. Человек, переживший много травм, перестаёт ощущать страх эмоционально, но тело продолжает его фиксировать: желудочно-кишечные сбои, сердечные реакции, хронические мышечные спазмы. Эмоция не осознаётся, но соматика работает в полную силу. Такой человек может идти в объективно опасные ситуации, просто не замечая сигналов.
Третий вариант - диссоциация, психологический механизм защиты, при котором сознание «отделяется» от тела в момент испуга: человек смотрит на ситуацию как бы со стороны, не чувствует ни страха, ни его телесных признаков. Со стороны это выглядит как хладнокровие. Изнутри это отсутствие ориентира, который мог бы подсказать: здесь опасно.
Все три варианта объединяет одно: они опасны для жизни. Система безопасности просто не работает. Поэтому ориентироваться на тех, кто ничего не боится, и пытаться им уподобиться - задача, не имеющая смысла.
Страх и тревога: в чём разница и почему это важно
Страх и тревогу путают постоянно: человек пытается справиться с одним переживанием инструментами, которые предназначены для другого. Вот в чем отличия: страх замораживает, есть желание сжаться, спрятаться, исчезнуть; тело охлаждается, внимание сужается до точки опасности. Тревога, напротив, разогревает: появляется суета, желание что-то срочно делать, невозможность остановиться.
Физиологически тревога часто связана с задержкой дыхания. Когда человек удерживает сильное чувство (гнев, влечение, горе), он бессознательно уменьшает дыхание: меньше кислорода, меньше чувствительности. Но организм немедленно включает тревогу как сигнал «дыши». Человек воспринимает это как тревогу «про что-то», хотя причина чисто физиологическая. Проверить дыхание и начать дышать глубже - первое, что стоит сделать при тревоге, прежде чем искать её «смысл».
Второй механизм тревоги - уход в будущее. Ум покидает настоящее и начинает проигрывать сценарии, которых ещё нет. Организм на это реагирует так же, как на реальную угрозу: мобилизует ресурсы, вырабатывает гормоны стресса, требует действия. Но действовать не на что - реальной угрозы здесь и сейчас нет. Энергия тратится вхолостую, физиология изнашивается, тревога нарастает.
Тревожное расстройство - отдельная история. Это нарушение биохимии, при котором возбуждение развивается стремительно, а торможение запаздывает или не наступает вовсе. Это состояние, при котором эффективно помогает медикаментозная коррекция, и обращение к психиатру здесь не признак катастрофы, а признак здравого смысла.
Откуда берётся привычка тревожиться? Чаще всего из двух источников.
Первый - тревожное окружение в детстве. Родители, которые жили в постоянном ожидании катастрофы, передавали этот способ существования так же естественно, как передают жесты и интонации. Ребёнок усваивал: мир опасен, нужно всегда быть начеку. Эта установка остаётся работать в фоне, уже без родителей.
Второй источник - незавершённый негативный опыт. Человек пережил что-то тяжёлое и не переработал этот опыт: не разделил «тогда» и «сейчас», не выработал навык опознавать, что ситуация изменилась. Он носит прошлый опыт с собой и проецирует его на настоящее, в котором для страха нет оснований.
Отличить невротическую тревогу от здорового страха помогают два вопроса. Первый: есть ли реальная угроза прямо сейчас? Не завтра, не «а вдруг», а именно в эту минуту. Второй: если худшее всё же случится, разрушит ли это жизнь необратимо? Честные ответы на оба вопроса значительно снижают интенсивность переживания ещё до того, как предпринято какое-либо действие.
Страх, который маскируется
Страх умеет прятаться за другими переживаниями, и это один из главных источников путаницы.
Подавленный гнев - пожалуй, самая частая маскировка. Когда человеку внутренне запрещено злиться воспитанием, средой, собственной убеждённостью, что злость недопустима, здоровый гнев в ответ на обиду или несправедливость никуда не исчезает. Он разворачивается вовнутрь, и человек начинает пугать себя вместо того, чтобы защищать себя.
Возбуждение тоже нередко маркируется как страх. Что-то забурлило в животе перед важной встречей, и человек решает: «Я боюсь». На деле это может быть мобилизация организма, интерес, предвкушение. Если возбуждение запрещено, например, внутренний голос говорит «не высовывайся», «у тебя не получится», «это не для тебя», оно подавляется, и тревога нарастает. Проверить стоит простым вопросом: «Может, я злюсь? Может, я хочу что-то делать, а не делаю?»
Страх ошибки: мотивация страхом и мотивация любовью
Страх ошибиться почти всегда направлен не на саму ошибку, а на то, что за ней последует. Если человек знает, что после каждого промаха он обрушится сам на себя с осуждением, он будет бояться заранее. Страх ошибки - это, по существу, страх собственной жестокости к себе.
Некоторые используют это осуждение намеренно, считая, что оно мотивирует к совершенству. Это не работает. Жестокое отношение к ошибкам не делает человека точнее и внимательнее, оно изматывает и сужает понимание контекста. Хорошую работу делают из любви к ней, а не из страха сделать плохо. Разница между этими мотивациями в том, что первая даёт энергию, вторая её забирает.
Ошибки неизбежны по одной простой причине: принимая решение, человек учитывает только то, что знает. Неучтённые факторы существуют всегда. Принять это - значит перестать ждать от себя невозможного и начать ориентироваться по ходу, а не замирать в страхе перед стартом.
Главная защита
За года практики я не встретила ни одного случая, когда страх удалось победить прямой атакой на него. Попытка «не бояться» усиливает страх, потому что внимание остаётся сосредоточенным на нём.
Защита строится иначе: через контакт с собой и с другими людьми. Слышать своё тело, различать свои чувства, уметь выстраивать отношения, в которых есть поддержка и безопасность, решать жизненные ситуации как задачи, методично и без катастрофизации - вот реальный фундамент для устойчивости.
Страх является частью системы безопасности, которая должна работать. Благодаря ясному контакту с собой и с другими меняется отношение к нему: он перестаёт быть хозяином и становится сигналом, одним из многих, которые стоит услышать и проверить на достоверность.
...
|
Автор статьи: Нина Рубштейн, психолог, гештальт-терапевт, супервизор, преподаватель психологии, ректор Новой Русской Школы психологии, главный редактор интернет-журнала «Русская психология» |