Кредит как обезболивающее
Каждый третий взрослый россиянин живёт в долг. По данным Банка России, на начало 2024 года кредиты имели 50 миллионов человек - больше 40% населения страны в возрасте старше 16 лет. К марту 2025 года суммарная задолженность россиян перед банками достигла 34,6 триллиона рублей. Просроченная задолженность на конец 2024 года превысила 1,27 триллиона рублей. При этом кредиты продолжают брать люди, которые уже еле справляются с выплатами: по данным Министерства экономического развития, показатель долговой нагрузки половины российских заёмщиков составляет 50 процентов и выше - то есть они отдают на погашение кредитов более половины своего ежемесячного дохода.
Финансовые аналитики объясняют это низкой грамотностью, импульсивными решениями, давлением рекламы. Всё это существует. Но ни одно из этих объяснений не отвечает на главный вопрос: почему человек берёт новый кредит в тот момент, когда сам понимает, что не вытянет? Когда он уже подсчитал, уже увидел, что не сходится и всё равно подписывает договор?
За этим поведением стоит не финансовая безграмотность, а тревога.
Почему знание не останавливает
Человек, который берёт кредит поверх уже существующих долгов, обычно всё понимает. Он не заблуждается относительно своего положения. Он считает расходы, видит, что не сходится, чувствует, что влезает глубже, и всё равно идёт в банк. Потом объясняет себе, что не было выбора, не рассчитал, что другого выхода не видел.
Это сбивает с толку и самого человека, и тех, кто пытается ему помочь. Логика подсказывает: объясни человеку последствия, покажи цифры, дай инструменты финансового планирования и его поведение изменится. Но оно не меняется. Потому что проблема не в дефиците знания. Проблема в том, что между знанием и действием стоит тревога: цифра на экране, от которой сводит живот, ощущение, что земля уходит из-под ног. В этом состоянии человек ищет не оптимальное решение, а облегчение. Немедленное, прямо сейчас.
Деньги, которые пришли на счёт, обезболивают: острое напряжение спадает, дышать становится чуть легче, проблема кажется решённой. То, что через несколько месяцев давление вернётся удвоенным, в этот момент где-то очень далеко. Психика устроена так, что будущая боль всегда кажется менее реальной, чем боль настоящего момента.
Механизм, который обучает
Поведенческие экономисты называют это гиперболическим дисконтированием: человек переоценивает сиюминутную выгоду и недооценивает будущие последствия. Но за этим термином стоит очень простой механизм обучения.
Мозг запоминает не последствия, а то, что сработало. Кредит сработал: тревога ушла. И тогда в следующий раз, когда она возвращается, та же схема кажется решением, потому что однажды она уже помогла. Это обучение, только обучается человек не финансовому планированию, а снятию тревоги самым быстрым из доступных способов.
Здесь уместна аналогия, которую понимают без психологического образования. Это похоже на ломку наркомана: доза прямо сейчас снимает ломку, и, хотя наркоман знает, что через некоторое время ужасные переживания вернутся, прямо сейчас страдание невыносимее, чем осознавание последствий. Кредит работает по той же логике: немедленное облегчение перевешивает отложенную расплату.
Исследования показывают, что долг ассоциируется с тревогой, стрессом, депрессией и аддиктивным поведением. Но причинно-следственная связь здесь двунаправленная: не только долг порождает тревогу, но и тревога толкает к новому долгу. Человек попадает в петлю, где каждый виток усиливает следующий.
Будущее всегда кажется более управляемым, чем настоящее: «к тому времени разберусь», «что-нибудь придумаю», «ситуация изменится». Это способ удерживать только одно напряжение за раз, сегодняшнее.
Отдельная история - люди с непостоянным доходом: фрилансеры, предприниматели, те, кто работает на проценте или сезонно. Такой человек нередко берёт кредит в хороший месяц, уверенный, что следующий будет таким же. Человек склонен считать, что завтра будет похоже на сегодня. В период подъёма это ощущение особенно сильное и особенно обманчивое. Нестабильный доход требует большей финансовой подушки, а не кредитной нагрузки поверх неё. Но логика тревоги и логика планирования - разные вещи.
Что с этим делать
Выйти из этой схемы через знание не получается: человек и так всё знает. Выйти можно, если научиться выносить тревогу чуть дольше, чем хочется её убрать. Не заглушать первым доступным способом, а остаться с ней ещё несколько минут и спросить: что именно сейчас невыносимо? Часто обнаруживается, что кредит нужен не для покупки, а чтобы не чувствовать то, что чувствуется прямо сейчас.
Это различие принципиально. Если человек берёт кредит, чтобы купить холодильник, это финансовое решение, и его можно оценивать по финансовым критериям. Если он берёт кредит, чтобы не чувствовать тревогу - это попытка регуляции эмоционального состояния, и финансовые инструменты здесь не помогут. Нужны другие.
Самый доступный из них - пауза. Не «подождать три дня», как советуют финансовые консультанты, а буквально остановиться и спросить себя: что происходит прямо сейчас? Какое именно ощущение я пытаюсь убрать? Если ответ связан с деньгами - обдумать решение. Если ответ связан со страхом, стыдом, ощущением потери контроля - это сигнал к тому, что деньги здесь не главное.
Психологическая работа с долговым поведением строится именно на этом: научить человека различать финансовый дефицит и эмоциональный дефицит, которые он пытается закрыть одним и тем же инструментом. Знакомим с нашим методом работы над эмоциональной независимостью от денег в мини-курс «Введение в богатство»
...
|
Автор статьи: Нина Рубштейн, психолог, гештальт-терапевт, супервизор, преподаватель психологии, ректор Новой Русской Школы психологии, главный редактор интернет-журнала «Русская психология» |