Эмоциональный и социальный интеллект: что это такое и зачем их развивать
Ещё несколько десятилетий назад этих понятий не существовало.
Эмоциональный и социальный интеллект - понятия относительно молодые. Они появились в научном обиходе в последние десятилетия не как открытие чего-то прежде неизвестного, а как ответ на утрату того, что прежде было естественным. Это важное различие: мы не учимся чему-то новому, мы восстанавливаем то, что было утрачено в результате вполне конкретных социальных процессов.
Пока человек живёт в тесной связи с семьёй, общиной, коллективом, способность ориентироваться в своих и чужих эмоциях, вести себя адекватно в интересах и своих, и окружающих является абсолютно естественной. Она не требует специального названия и отдельного развития, она просто есть, как зрение или речь. Но когда ребёнка искусственно отделяют от интересов, задач и жизни родителей, семьи, народа, он перестаёт понимать взаимосвязь людей друг с другом и утрачивает способность вписываться в социум с наилучшим результатом для себя и для других.
Само появление этих понятий уже является общественным симптомом. Когда врождённые функции здорового человека превращаются в предмет специальных тренингов, это означает, что что-то сломалось в среде, в которой человек формируется. В наше время масштаб атомизации (разрушения живых, насыщенных, взаимозависимых связей между людьми) достиг той черты, за которой эти способности перестали воспроизводиться сами собой, естественным путём. Человек, вынутый из живой системы отношений, лишается среды, в которой они когда-то формировались без всяких усилий.
Второй фактор: культ позитивности и страх перед собственными эмоциями
Помимо атомизации, есть и другой процесс, заставивший всерьёз заниматься этой темой: своеобразный парадокс высокого уровня жизни. Чем больше комфорта и чем меньше человек сталкивается с реальными трудностями, тем меньше он умеет справляться с трудными переживаниями. Любая эмоция, выбивающаяся из правила «будь всегда позитивным» или нарушающая запрет «эмоциональность - это плохо», воспринимается как нечто из ряда вон выходящее, требующее немедленного устранения: таблетки, медитация, годы терапии - лишь бы не чувствовать.
Между тем эмоции - это не помеха и не болезнь. Это информация. Страх, гнев, обида, стыд, тревога - все они сигнализируют о чём-то важном: о нарушенной границе, о неудовлетворённой потребности, о противоречии между ценностями и происходящим. Человек, который научился подавлять эти сигналы, не устраняет причину, он лишает себя навигации. Неудивительно, что нарастающий разрыв между реальностью и тем, что человек позволяет себе чувствовать, оборачивается растущим числом тревожных и депрессивных состояний.
Что такое эмоциональный интеллект
Если говорить точно, эмоциональный интеллект - это способность осознавать свои эмоции, понимать, с чем они связаны, и целесообразно направлять их энергию. Не подавляя себя, но и не разрушая их проявлениями других людей, используя переживание как ресурс для понимания ситуации и для собственного развития.
Это не одно умение, а несколько. Во-первых, называть эмоцию точно, не уклоняясь в расплывчатое «мне как-то нехорошо». Во-вторых, понимать её источник: какое событие, какая неудовлетворённая потребность, какой конфликт ценностей её породил. В-третьих, находить разумное применение её энергии, не выплёскивая на окружающих и не загоняя вглубь. И, наконец, сохранять ясность: эмоция информирует, но не должна управлять решениями.
Что такое социальный интеллект
Социальный интеллект - это, по существу, умение ориентироваться в том, какое место здраво занять в существующей системе отношений. С кем и в каких отношениях, с точки зрения здоровых личных границ, этики и разумной иерархии, следует находиться. Как эти отношения строить и поддерживать.
Ещё несколько десятков лет назад для этого достаточно было знать и соблюдать правила этикета, принятые социальные нормы, и всё вставало на свои места. Этикет был кодом, понятным всем без исключения: он задавал дистанцию, роли, уместность поведения в разных ситуациях. В наше время границы этики размыты либеральными ценностями, а этикет почти полностью вытеснен в погоне за свободой самовыражения, и его функцию может заменить только развитая способность самостоятельно считывать происходящее: замечать, как ваше присутствие влияет на других, чувствовать уместность, видеть разницу между «я так хочу» и «это здесь уместно».
Оба вида интеллекта, эмоциональный и социальный, выполняют ещё одну практическую функцию: они помогают отличать вменяемого человека от невменяемого, опасного от безопасного, близкого по ценностям от чуждого. Это не интуиция в расхожем смысле, а тонкая аналитика, которая работает автоматически у человека, сохранившего живую связь с реальностью и с людьми.
С чего начинать
Восстановление этих навыков начинается с простых, но требующих усилия вещей, которые современная среда последовательно вытесняет из нашей жизни.
Первое - останавливаться и честно спрашивать себя: что именно я сейчас чувствую? Не «как дела», а именно какая эмоция присутствует прямо сейчас. Это требует непривычной внимательности к себе, при этом не тревожной самосозерцательности, а трезвого наблюдения.
Второе - позволять себе чувствовать неудобные эмоции, не торопясь от них избавиться. Страх, обида, раздражение не исчезают от того, что мы отказываемся их признавать. Но они перестают управлять поведением, когда мы их осознаём.
Третье - наблюдать за реакциями людей рядом не как повод для самокопания, а как факт: моё присутствие и мои действия влияют на других. Это влияние можно замечать и учитывать.
Четвёртое - восстанавливать живые, реальные связи с людьми: не виртуальные контакты, а отношения с общими интересами, взаимной ответственностью и подлинным присутствием рядом. Именно в такой среде оба вида интеллекта восстанавливаются сами собой и проявляются так же, как они когда-то формировались в условиях естественной общности.
Эмоциональный и социальный интеллект - это не надстройка над личностью и не набор техник. Это возвращение к себе как существу, способному чувствовать, понимать других и находить своё место среди людей. То, что это требует сегодня специальных усилий, — следствие конкретных утрат. Но это, по крайней мере, то, что можно восстановить.
...
|
Автор статьи: Нина Рубштейн, психолог, гештальт-терапевт, супервизор, преподаватель психологии, ректор Новой Русской Школы психологии, главный редактор интернет-журнала «Русская психология» |